«Монашествующие» и Христа ради юродивые в отечественном баптизме (часть 2)

Рейтинг користувача: 1 / 5

Прохоров Константин

(Часть вторая, публикуется в двух частях. Смотреть первую часть)

I·Православное понимание святости ока­зало заметное влияние на братство ЕХБ. Отсутствие формальной церков­ной канонизации отнюдь не является препятствием для широкого народного почитания того или иного святого. В Русской православной церкви, помимо общей канонизации, существует и мест­ная, относящаяся к отдельной епархии или даже одному только монастырю или храму, связанных с жизнью святого. Подобную картину мы видим и у русских баптистов.

Православное понимание святости ока­зало заметное влияние на братство ЕХБ. Отсутствие формальной церков­ной канонизации отнюдь не является препятствием для широкого народного почитания того или иного святого. В Русской православной церкви, помимо общей канонизации, существует и мест­ная, относящаяся к отдельной епархии или даже одному только монастырю или храму, связанных с жизнью святого. Подобную картину мы видим и у русских баптистов.

Например, в общинах ЕХБ Повол­жья и Юга России получили распрост­ранение свидетельства о святой жизни служителей Иосифа Андреевича Лапте­ва и Ивана Владимировича Иволина. Ниже приведены некоторые, по сути, агиографические подробности из их биографий.

Иосиф Андреевич Лаптев в 1950-е и 1960-е годы жил в городке Шахунья (в Горьковской области) и совершал слу­жение проповедника в сельской местно­сти. Он никогда не женился, полностью посвятив свою жизнь Господу. По рас­сказам очевидцев, И.А. Лаптев был доб­рым, смиренным пастырем, постоянно пребывавшим в постах и молитвах. Он никогда не принимал подарков, сколь­ко бы ему их ни предлагали, и даже от обедов в тех деревнях, где совершал слу­жение, отказывался. Когда его звали к столу, он обычно отвечал: «Спасибо, мне ничего не нужно, я сегодня в по­сте…» В трудное послевоенное время Иосиф Андреевич жил тем, что из иво­вых прутьев плёл корзины и клеил из старых автомобильных шин калоши. Он любил переписывать от руки нази­дательные христианские книги и тексты Священного Писания (последними была украшена вся комната, в которой он жил). И.А. Лаптев был дружен с местным православным священником, и они с ним по многу часов с удовольствием беседовали на духовные темы: и о том, что объединяет всех христиан, и дели­катно – о том, в чём православные и баптисты расходятся между собой…

Иван Владимирович Иволин в 1960-е годы нёс служение пресвитера Пяти­горской церкви ЕХБ. Он был, по свиде­тельству многих, кротким Божьим слу­гой, проповедником Евангелия, жившим святой жизнью, почти в полной нище­те. Братья и сёстры желали ему помо­гать, часто незаметно оставляли в его доме какие-то продукты, одежду, но он тут же всё раздавал бедным. Когда цер­ковь назначила Ивану Владимировичу содержание, – девяносто рублей в месяц, – то он взял себе только тридцать… Каждого члена церкви он посещал семь раз в году, ободрял, утешал, молился. Иван Владимирович был замечатель­ным проповедником, учеником И.В. Каргеля. Даже гости из Москвы не раз говорили, что такие проповеди, простые и глубокие, надолго запоминающиеся, им редко доводилось слышать…

Подобные трогательные рассказы о «святых бессребрениках», их благочес­тивой жизни и служении Богу, изна­чально не предполагающие наличия в этих людях каких бы то ни было недо­статков, даже стилистически очень на­поминают православные «Жития свя-тых». Обращает на себя внимание также безбрачие некоторых святых баптистов, что тоже заметно сближает их с древней монашеской традицией. Не имея возможности здесь подробно пере­сказывать многие агиографические по­вествования братства ЕХБ, кратко обо­значим только некоторые характерные сюжеты.

Упомянутую выше тему святого бес-сребреничества хорошо дополняет рас­сказ о кассире одной из общин ЕХБ в Казахстане А.Л. Манякине, который в 1960-е годы, не имея личных денег, про­шёл пешком много километров, неся с собой в условленное место всю церков­ную кассу, из которой не взял (за свой труд или в долг) даже малой суммы для проезда на автобусе. Когда братья и сёстры спросили его об этом, кассир отве­тил: «Как бы я мог взять оттуда хоть копейку, ведь это Божьи деньги!» Дру­гой служитель довольно крупной баптистской церкви в Казахстане, через руки которого проходили значительные пожертвования для помощи нуждаю­щимся, сам одевался в столь ветхую одежду и был столь скромен в быту, что стал для многих «притчей во языцех».

Автору не раз доводилось слышать многочисленные свидетельства пожи­лых членов церкви ЕХБ о стойкости христиан в вере как в сталинские, так и в более поздние годы. В советских тру­довых лагерях их избивали, морили го­лодом, натравливали на них сторожевых собак. По одному из очень устойчи­вых рассказов, однажды собаки сотруд­ников НКВД чудесным образом не тро­нули готовых принять мученическую смерть русских баптистов. Интересно, что в православных «Житиях святых» органично присутствует тема незлобия даже самых лютых зверей по отноше­нию к Божьим людям. Например, о преп. Сергии Радонежском сообщается, что, когда он жил в лесу, его не трогали голодные волки и медведи.

В литературе ЕХБ о мученичестве за веру Николая Хмары (Алтайский край, 1964 г.) также встречаются житийные черты, благочестивое истолкование под­вига: «Хмара до самого конца свиде­тельствовал о Христе, и за это его му­чители вырвали ему язык». Подобная стойкость в вере во все века вдохновля­ла христиан.

В другом свидетельстве сообщается о русской баптистке с четырьмя приёмны­ми малыми детьми, едва выживших в голодные годы и затем претерпевших много унижений и гонений за веру в своём селе в 1930-е годы. Когда, в нача­ле Великой Отечественной войны, их местность оказалась в зоне немецкой оккупации, все сельские активисты и коммунисты были арестованы, а новые власти потребовали от пострадавших во время советского режима крестьян об­винительных показаний. Многие охотно ставили свои подписи под обвинени­ями, а эта баптистка – отказалась, ска­зав, что она, по слову Христа, уже про­стила своих гонителей. Тогда немцы стали ей угрожать, а затем жестоко из­били плёткой. Однако и это страдание она перенесла со смирением. За долгую жизнь этой христианки много было сде­лано простых добрых дел. Когда в 1980-е годы она умерла, к ней на похороны собралось множество народа – и баптистов, и православных (святость этой женщины признавали и близко знавшие её православные). А над открытым гро­бом, по свидетельству очевидцев, в бе­зоблачный жаркий летний день, «пла­кало небо» – оттуда вдруг стали падать большие редкие дождевые капли…

Об особом почтении со стороны православных людей к некоторым благочестивым баптистам рассказы­вал и генеральный секретарь ВСЕХБ А.М. Бычков: "Недавно в одном из небольших горо­дов Центральной России хоронили старца пресвитера. Когда процессия приблизилась к православной церкви, местный священник повелел звонить в колокола в знак уважения к почивше­му служителю Христову…" (Бычков А. 110-летие русско-украинского братства ЕХБ. Братский вестник, №5’ 1977. С. 70.)

Анализируя приведённые выше жиз­ненные истории, следует отметить, что в агиографических материалах ЕХБ, так же как и в «Житиях святых», часто опускаются точные детали описываемых событий, не всегда ясно, где и когда они происходили. На первое место опреде­лённо выдвигается нравственный при­мер, духовное назидание, а не истори­ческий контекст. По всей видимости, это отражение известной черты славянской души – склонности более к духовно-ми­стическому, чем рационалистическому восприятию мира. Вот, например, что записывали в своих заветных тетрадках и блокнотах многие отечественные бап­тисты в 1950-е – 1970-е годы: «Адрес христианина: Духовная Родина, Еван­гельская область, Сионский район, го­род Небесный, улица Узкий Путь, пере­улок Тернистый, дом Обители. Провод­ник·· туда·· –·· Святой·· Дух,·· спросить Сторожа совести…»

Для непосвящённого человека, такие слова – некая бессмыслица. Однако суть данного аллегорического текста (дос­тойного многократного переписывания как юными, так и зрелыми баптистами!) несколько проясняется, если мы его, на­пример, сравним со следующими слова­ми автора православного жития: «…А из какого града или веси и от каковых ро­дителей произошел такой светильник, того мы не обрели в писании, Богу то ведомо, а нам довольно знать, что он Горнего Иерусалима гражданин, Отца имеет Бога, а Матерь – святую Цер­ковь, сродники его – всенощные много­слезные молитвы и непрестанные воз­дыхания, ближние его – неусыпные тру­ды пустынные». Общий, нерационалистический подход в передаче не толь­ко отвлечённого духовно-назидательно­го материала, но и нередко даже вполне реальных исторических сведений в не­малой степени характерен как для рус­ской православной, так и отечественной баптистской агиографии.

II К теме святости в русском контексте тес­но примыкает уникальное духовное яв­ление – юродство Христа ради. В вос­точной христианской традиции первым юродивым нередко воспринимается Сам Спаситель Иисус Христос, отверг­ший ценности мира сего и учивший, что Царство Его – «не отсюда». Несмот­ря на то, что юродство, строго говоря, подвиг «противоканонический», для мно­гих православных людей юродивые – наиболее почитаемые святые. Их «убожество» и «безумие», нестандартное поведение в обществе ярко демонстри­руют искренность религиозного чув­ства, детское упование на Бога, край­нюю форму христианского подвижни­чества. Сотни юродивых получили известность на Руси, десятки из них были канонизированы.

В такой атмосфере едва ли удиви­тельно, что и отечественный баптизм знает немало юродивых Христа ради. Согласно любопытному преданию, уже Иван Григорьевич Рябошапка, один из пионеров евангельского движения на юге России, живший во второй полови­не XIX века, юродствовал на ярмарках, где любил громко выкрикивать: «Ук­рал! Украл!» Вокруг него собирался на­род, спрашивал: «Что украли?» А Рябошапка отвечал: «Сатана украл у людей спасение!» Спустя какое-то время он снова кричал: «Нашёл, нашёл!» И вновь собирались любопытные: «Что нашёл?» А Рябошапка радостно говорил: «Спа­сение вечное нашёл!» – и, при большом скоплении людей, начинал свою нео­бычную «народную проповедь»…

В рассматриваемый нами период в братстве ЕХБ обрели известность де­сятки юродивых Христа ради, простых советских баптистов. И самым знамени­тым из них, наверное, стал юный Ваня Моисеев. Он был родом из молдавского села Волонтировка, состоял членом об­щины Совета церквей ЕХБ. В 1972 году, во время второго года службы в армии, в крымском городе Керчь претерпел му­ченическую смерть за свою христианс­кую веру. От многих других страдаль­цев братства ЕХБ советских времён его отличали именно «святая простота», удивительная духовная прозорливость и очевидное безумие Христа ради. Даже официальные источники Совета церк­вей ЕХБ сообщают о Ване Моисееве много больше, чем это формально до­пустимо, с точки зрения баптистской догматики. Например, не скрываются его видения небесного Иерусалима, ветхозаветных святых, апостолов Хри­ста, а также общение с ангелами Божь-ими. Во время службы в Советской Армии Ваня, как и прежде дома, молил­ся по нескольку часов в день, просто­душно рассказывал своим сослужив­цам, включая командиров-коммунис­тов, об Иисусе Христе, терпя за то насмешки и побои. Однажды при боль­шом скоплении солдат он пророчески точно предсказал отпуск («я помолил­ся в духе и Господь открыл мне») кри­тически настроенному к вере сержанту, у которого, казалось, не было на поезд­ку домой никаких шансов. Также Ваня чудесно исцелился после тяжелейшей травмы без помощи врачей, мог не есть по нескольку дней, без видимого вреда целыми ночами находился на морозе в летней военной форме, без ропота и с радостью принимал любое наказание от командиров (например, с веселием сердца натирал полы щёткой и мылом в большой казарме, что для солдат вто­рого года службы всегда считалось особенно унизительным занятием), а затем так же просто принял мучениче­ство за Христа.

Сравнивая христианский подвиг Вани Моисеева с житиями известных русских юродивых, мы неизбежно обна­руживаем целый ряд принципиально общих черт: незлобие и любовь к окру­жающим людям, включая гонителей; «странное» поведение в обществе; нео­быкновенное усердие в молитве; видение мира духовного, ангельского; дар чудотворения и пророчества; аскетический образ жизни, и т.д. Например, Прокопий Устюжский за своё, Христа ради, юродство со смирением претерпевал от многих людей «досаду и укорение и биение»; Михаил Клопский прославил­ся крайним аскетизмом, неустанными молениями и чудесами; Симон Юрьевецкий ходил на морозе в одной льняной рубахе и босяком; Василий Бла­женный удостоился видеть мир ангель­ский и обладал даром пророческим. Духовной прозорливостью прослави­лись также: Прокопий Вятский, Нико­лай Псковский и многие другие святые юродивые.

Ещё один очень известный в среде советских баптистов юродивый – Борис Максимович Здоровец из Харькова. Бу­дучи начитанным и необыкновенно ода­рённым человеком, он нередко в своей жизни надевал «маску юродства», дабы обличать пороки сильных мира сего, причём – как представителей госу­дарственной атеистической власти, таки некоторых баптистских руководите­лей. Во время своего первого ареста (за активную деятельность среди христи­анской молодёжи, в декабре 1961 г.) Бо­рис Максимович, юродствуя, около трёх часов не впускал в дом сотрудников КГБ и милиции, как те его ни уговари­вали. Стражи порядка имели неосто­рожность придти в 5 часов утра, а Здоровец с присущим ему юмором поучал их, что в такое время только бандиты промышляют, приходите, дескать, к восьми… Милиционеры какое-то время мёрзли на улице, а затем принялись ло­мать дверь. Борис Максимович же, бу­дучи (как многие баптисты того време­ни) полным пацифистом, устрашающе кричал им через дверь: «Жена, неси се­киру, бандиты в хату лезут!» Чем нема­ло перепугал всех.

Находясь в заключении, Здоровец постился по пятнадцать суток (только пил воду) каждый раз, когда его сажа­ли в штрафной изолятор. А помещали его туда за «неправильное» поведение достаточно часто. Когда курс Совета церквей ЕХБ по отношению к «инако­мыслящим» единоверцам стал особенно жёстким, и отлучения даже заслуженных пресвитеров стали обычным делом, Здоровец однажды, нарушив привычный ход церковного служения, во время про­поведи известного баптистского руководителя, ответственного за наибольшие злоупотребления властью, неожиданно прилюдно вручил ему верёвку и кусок мыла со словами: «Довольно тебе му­чить народ Божий!..»

Борис Максимович в своей жизни получил многие видения от Господа, пророчествовал («разговор с Богом только через Библию – всё равно, что общение с отцом через письма, этого не­достаточно…»), использовал самодель­ные чётки из тридцати трёх абрикосо­вых косточек для молитвы в исправи­тельно-трудовом лагере в 1960-е годы, и т.д. Столь странное для баптиста по­ведение, разумеется, многими осужда­лось, однако непременно в избытке на­ходились и те, кто усматривал в Борисе Максимовиче то самое проявление бла­годати Божьей, зовущейся юродством Христа ради.

В жизни Б.М. Здоровца ярко высве­тилась ещё одна важная грань традици­онного российского юродства, а именно: смелое обличение власть имущих. То, что было немыслимым для людей обыч­ных и даже знатных, нередко попуска­лось блаженным, через которых, по бла­гочестивому поверью, говорил Сам Бог. Например, св. Иоанн Большой Колпак при встрече с царём Борисом Годуновым открыто предупреждал его о последствиях нечестивого правления: «Умная голова, разбирай Божьи дела! Бог долго ждёт, да больно бьёт…» А святой юродивый Никола Псковский, по преданию, однажды во время поста поднёс Ивану Грозному кусок окровав­ленного мяса. «Я христианин, и в пост мяса не ем!» – побледнел царь. «Зато ты пьёшь кровь христианскую!» – сказал блаженный. На таком историческом фоне Борис Здоровец из Харькова, с ве­рёвкой и мылом в руках обличающий «баптистского царя», выглядит не столь уж странно.

Другой любопытный случай юрод­ства в братстве ЕХБ произошёл в 1986 году в Караганде. Известный в казах­станских церквах брат N.N. получил от­кровение посетить местного высокопо­ставленного сотрудника КГБ. В указан­ный ему свыше день и час N.N. попросил о приёме. Короткая встреча без предва­рительной записи удивительным обра­зом состоялась, во время которой про­изошёл следующий примечательный диалог.

– …Сам Господь послал меня к Вам ска­зать, чтобы Вы покаялись и верили в Евангелие.
– …По какому вопросу Вы ко мне при­шли?
– Только по одному: вопросу спасения Вашей души…
– Если только по этому вопросу, то я не желаю с Вами говорить…
– Только по этому, – я поднялся, на­правился к двери, наклонился и говорю: “и прах от ног своих” (Лк. 9.5)… Я не знаю когда она [Ваша душа] перейдёт в вечность – завтра или послезавтра. При­шлось мне беседовать в шахте с Воло­дей. “Успею ещё”, – говорил он, но не успел, преждевременно ушёл в веч­ность…
– Знаете что, за угрозу есть соответ­ствующая статья. Я могу сейчас донес­ти, и Вас накажут.
– Пусть меня накажут, лишь бы Вы были спасены… Я буду продолжать молиться о Вас. Да благословит Вас Господь…
- Господи, …умоляю: помоги ему не погибнуть.

В данной истории мы видим очеред­ную версию сакрального сюжета о встрече «святого юродивого» с «царём». Всё начинается с откровения свыше («Сам Господь послал меня к вам…»). Юродивый, без малейшего сомнения, ощущает себя инструментом в руках Бо­жьих, исполнителем Его воли, поэтому встреча, неожиданная для «царя», при всей его занятости, не может не состо­яться в строго определённое (или «пре­допределённое») время. Юродивый за­ботится о душе начальствующего чело­века, перед кем трепещут все окружаю­щие, точно так же, как о спасении самых простых людей. Встречая отпор своей высокой миссии, юродивый, не беспокоясь о последствиях, тут же прибегает к драматическим эффектам: демонстра­тивно «отрясает прах от ног», ссылаясь на известные слова Писания, буквально истолкованные, предрекает начальству­ющему лицу близкую кончину, загадоч­но намекает на смерть некоего челове­ка, прежде его не послушавшегося… На­конец, юродивый завершает речь молит-вословиями с пожеланиями своему собеседнику вечного спасения (в соб­ственном спасении он, по-видимому, не сомневается).

Очень схожую картину такого типа юродства можно встретить, например, в описании протопопом Аввакумом (ли­дером старообрядцев) своей знаменитой встречи с восточными патриархами Паисием и Макарием на Московском соборе 1667 года.

Как обычно, блаженный человек го­ворит не свои, но Божьи слова: «Перед вселенских привели меня патриархов… Бог отверз уста мои грешные, и посра­мил их Христос устами моими…» Аввакум, скорбя о греческом право­славии, увещевает приезжих архиереев и устрашает грядущей гибелью: «Мно­го от Писания говорил с патриархами… Рим давно пал и лежит невсклонно, а ляхи с ним же погибли, …и у вас право­славие пестро стало…»

Когда слова оказываются тщетны, юродивый, для лучшего запоминания его вести окружающими, с воодушевле­нием сопровождает её шокирующими действиями. Протопоп Аввакум продол­жает повествование: «Чист есмь аз и прах прилепший от ног своих отрясаю пред вами, по писанному… Толкать и бить меня стали, и патриархи сами на меня бросились… Я отошел к дверям да на бок повалился, а сам говорю: “Поси­дите вы, а я полежу”…» И завершается встреча обличитель­ными словами Аввакума, несомненно, глубоко нравственно страдавшего от «гибельного пути» греков и никониан: «Смеются: “Дурак-де протопоп: и пат­риархов не почитает”. И я говорю: “Мы уроды Христа ради! Вы славны, мы же бесчестны! Вы сильны, мы же не-мощны!”»

В ответ даже на, казалось бы, ниче­го не значащие мелочи у отечественных баптистов порою непроизвольно про­являлась реакция, при ближайшем рас­смотрении – уходящая корнями в се­дую древность восточно-христианской традиции. Вот, например, одно из из­вестных нам благочестивых размышле­ний служителя церкви ЕХБ советско­го периода. Однажды во время богослу­жения на пресвитера N.N. села муха и довольно чувствительно кусала его. Пресвитер муху эту сначала прогнал, но когда она снова прилетела, смирен­но решил терпеть её присутствие на себе, с умилением думая о том, насколь­ко большие страдания претерпел Хри­стос: «…Как я в любой момент мог про­гнать муху, так и Христос в любой мо­мент мог выйти из скорби. Но Он решил… не сойти с креста…»

Это тоже своеобразное юродство в миниатюре, воскрешающее в памяти сонм святых мужей Божьих, подвизав­шихся в страдальческом смирении и терпении. Например, Симеон Столп­ник, согласно житию, прилагал к своей гноящейся ране червей, выпадавших из неё, и говорил при этом: «ешьте, что вам Бог послал». Никита Переяс­лавский добровольно оставлял тело нагим для укусов комаров и мошек, гу­сто облеплявших его. Так же посту­пали и многие другие русские святые: Серафим Саровский, Феодосий Печер-ский, Никандр Псковский, Савва Вишерский…

Вероятно, русские баптисты, на сло­вах не раз осуждавшие монашеские крайности, и теперь бы предпочли всячески отмежеваться от подобного духовного опыта, тем более в представ­ленном выше контексте, однако на практике всё оказывается значительно сложнее. Суть проблемы в том, что здесь едва ли возможно найти какие-либо принципиальные отличия в пове­дении и, что ещё важнее, в мотивации действий святых православных мона­хов-аскетов и, скажем, того же замеча­тельного пресвитера ЕХБ (N.N.). Нра­вится кому-то или нет, это один и тот же радикальный религиозный дух, сви­детельствующий: поскреби русского баптиста и найдёшь монаха…

Особенностью рассматриваемого нами позднего советского периода ста­ло также юродство некоторых членов церкви ЕХБ во время советских судеб­ных процессов. Вот, например, не­сколько красноречивых отрывков из стенограмм судов над баптистами в Се­мипалатинске в 1962-м и в Фергане в 1971-м годах:

Судья: «Кто руководит вашей неле­гальной группой?»
Подсудимый баптист: «Я уже сказал – Христос и Дух Святой»…
(Подсудимые отказываются от помо­щи государственных адвокатов и заяв­ляют о желании использовать для своей защиты Новый Завет. Последнее им не разрешается).
Вопрос: «В одном из ваших стихотво­рений есть такие строки: стоит тру­диться, стоит бороться… Скажите, с кем трудиться, с кем бороться?..»
Ответ: «Наша брань не против плоти и крови, а против злобы духов подне­бесных»…
Вопрос: «У вас должна быть справка, документ, свидетельствующий о том, что вы официально являетесь пресви­тером».
Ответ: «Пресвитер должен действо­вать не по справке, а по вдохновению»…
Вопрос к свидетелю-баптисту: «Что вы знаете о подсудимых?»
Ответ: «Я знаю, что имена их записа­ны в Книге жизни, что их есть Царство небесное и велика их награда на небе­сах».
Вопрос: «Покажите… эту книгу, нам нужны документы!»
Ответ: «Она находится на небесах».

Можно представить, в каком нелов­ком положении оказывались на подобных процессах судьи-атеисты, пригова­ривавшие верующих людей к длитель­ным срокам лишения свободы не столько за уголовные преступления, сколько за их, выражаясь языком ком­мунистов, «религиозные фантазии». Подобные приговоры неизбежно позор­ным пятном ложились на репутации су­дей. Не случайно многовековое обще­ственное мнение на Руси утверждало: нельзя обижать юродивого, Господь на-кажет… В восточно-христианской традиции одним из отличительных при­знаков истинной Церкви непременно являлось доброе, терпеливое и заботли­вое отношение к юродивым. Общины, которые отталкивают от себя таковых, тем самым демонстрируют серьёзный недостаток любви в своих рядах.

В целом, в широком распростране­нии в отечественном братстве ЕХБ до начала перестройки специфически вос­точного понимания святости, доходив­шего порою до открытого юродства, нельзя не увидеть самого серьёзного православного влияния. Показатель­но, что в советских исправительно-тру­довых лагерях (отнюдь не деливших заключённых по вероисповедному при­знаку) имели место случаи даже совме­стного юродства православных и бапти­стов. Об этом свидетельствуют в своих воспоминаниях, например, такие извес­тные в прошлом лидеры братства СЦ ЕХБ как Иосиф Бондаренко и Борис Здоровец.

Многие советские баптисты до пере­стройки не стыдились признавать себя «бедными грешниками», которые нуждаются в очистительном «плаче о грехах» и «не могут быть чистыми». Такое мировосприятие часто контрастировало с их подлинно христи­анским, «аскетическим» и порою даже мученическим образом жизни в атеисти­ческом советском государстве. Что, ве­роятно, и было близко к святости в вос­точно-христианском смысле слова. На наш взгляд, корни уникальности русско­го баптизма следует искать, прежде все­го, в его общей истории с православием, в совместном проживании в одной стра­не и в неосознанном следовании восточ­но-христианской традиции (включая монашеские тенденции), что особенно сильно проявилось в послевоенные годы, когда западный мир и социалис­тические страны оказались надолго раз­делены железным занавесом. А уже с конца 1980-х годов, в атмосфере гласно­сти и перестройки, в России постепен­но начали сказываться иные богослов­ские тенденции, представленные, напри­мер,··· многочисленными··· западными миссионерами и проповедниками. В ре­зультате, прозападное крыло отече­ственного братства ЕХБ (которое, не­сомненно, тоже всегда существовало) быстро укрепилось и начало оказывать давление на единоверцев-«славянофилов», что, собственно, мы и наблюдаем по сей день.

Библиография:

Архиепископ Иоанн (Шаховской). Избран­ное. Петрозаводск: Святой остров, 1992.
Архимандрит Георгий. Обожение как смысл человеческой жизни. Изд. Владимирской епархии, 2000.
Бондаренко И. Три приговора. Одесса, 2006.
Бычков А. 100-летие объединительных съез­дов. Братский вестник, №6’ 1984.
Бычков А. 110-летие русско-украинского братства ЕХБ. Братский вестник, №5’ 1977.
Бычков А. Мой жизненный путь. М.: Отра­жение, 2009.
Бюллетень Совета родственников узников евангельских христиан-баптистов в СССР № 21. М., 1975.
Власов А. От избытка сердца. Идар-Оберш-тайн: Титул, 2000.
Гнида И. Духовно-патриотическое служение. Братский вестник, №6’ 1984.
Жидков Я. Преображение Господне. Братс­кий вестник, №5-6’ 1962.
Житие Аввакума и другие его сочинения. М.: Советская Россия, 1991.
Жития святых, на русском языке изложен­ные по руководству Четьих-миней св. Ди­митрия Ростовского. В 12-ти тт. М.: Си­нодальная типография, 1903-1911.
Журавлев В. Велика верность Твоя, Госпо­ди: свидетельства из жизни. Штайнха-ген, Германия: Samenkorn, 2006. Т. 1.
Журавлев В. Сила в немощи: свидетельства из жизни. Штайнхаген: Samenkorn, 2008. Т. 2.
Заватски В. Евангелическое движение в СССР после второй мировой войны. М., 1995.
Зеньковский С. Русское старообрядчество. Минск: Белорусский экзархат, 2007.
Иванов С. Византийское юродство. М.: Международные отношения, 1994.
Иеромонах Алексий (Кузнецов). Юродство и столпничество. Религиозно-психологичес­кое, моральное и социальное исследование.
М.: Изд-во Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2000.
История иконописи: истоки, традиции, со­временность. VI–XX века. М.: АРТ-БМБ, 2002.
Карев А. Голгофа. Братский вестник, №3’ 1964; №2’ 1974.
Карев А., Сомов К. История христианства. М.: ВСЕХБ, 1990.
Ключевский В. Сочинения в 9-ти тт. М.: Мысль, 1989. Т. 7.
Ковальков В., Соколов Е. И.Г. Рябошапка. Братский вестник, №6’ 1981.
Колесников Н. В помощь проповеднику. В 2-х тт. М.: Златоуст, 1995-1996.
Крючков Ю. Внутрицерковное движение ЕХБ в бывшем Советском Союзе. Сакра­менто (США), 2001.
Куксенко Ю. Наши беседы. Архив Союза ЕХБ Казахстана, 2002.
Лихачев Д., Панченко А., Понырко Н. Смех в Древней Руси. Л.: Наука, 1984.
Лопухин А. Жизнь и труды святого Иоанна Златоуста. – Полное собрание творений св. Иоанна Златоуста. В 12-ти тт. М.: Православная книга, 1991. Т.1. Кн. 1.
Лосский В. По образу и подобию. – Лосский В. Боговидение, М.: Издательство АСТ, 2003.
Монахиня Таисия. Русское православное женское монашество. Минск: Изд-во Бе­лорусского экзархата, 2006.
Монашеская жизнь (выпуск 1). Свято-Успенский Псково-Печерский монас­тырь, 1994.
Небесные покровители Санкт-Петербурга. Сост. О. Надпорожская. СПб.: Издатель­ский Дом «Нева», 2003.
Панченко А. Русская история и культура. СПб.: Юна, 1999.
Песнь возрождения. Издание Совета Церк­вей ЕХБ, 1978.
Подберезский И. Протестанты и другие. СПб.: Мирт, 2000.
Подвиг веры: уникальные свидетельства о жизни христиан в СССР. Сост. К. Про­хоров. Pacific Coast Slavic Baptist Association, 2009.
Подражайте вере их (40 лет пробужденному братству). М.: Издание Совета Церквей ЕХБ, 2001.
Попов В. Исихазм как чаяние духовности: опыт исторического анализа. Альманах «Богомыслие», №2’ 1991.
Поспеловский Д. Русская Православная Церковь в XX веке. М.: Республика, 1995.
Православная энциклопедия. Сост. О. Мар-кичева. М.: АСТ, 2007.
Протоиерей Валентин (Свенцицкий). Диа­логи. М.: Изд-во Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1999.
Протоиерей Валентин (Свенцицкий). Мона­стырь в миру. М.: Лествица, 1999.
Раймер И. Миссионерская деятельность древнерусского монашества. Изд-во «Ло­гос» (Германия), 1996.
Рак П. Приближения к Афону. СПб.: Сатисъ, 1995.
Рябинин Ю. Русское юродство. М.: РИПОЛ классик, 2007.
Савинский С. История евангельских хрис­тиан-баптистов Украины, России, Бело­руссии (1867-1917). СПб.: Библия для всех, 1999.
Сборник духовных песен евангельских хрис­тиан-баптистов. М.: ВСЕХБ, 1968.
Св. Иоанн Лествичник. Лествица. Свято-Ус­пенский Псково-Печерский монастырь, 1994.
Святыни древней Москвы. М.: Никос, Кон­такт, 1993.
Седлецкий К.С. Воспоминания. Личный ар­хив П.К. Седлецкого. Омск, 2007.
Татарченко И. Духовная лестница. Братский вестник, №6’ 1969.
Топоров В. Святость и святые в русской ду­ховной культуре. В 2-х тт. М.: Языки рус­ской культуры, 1995-1998.
Трофимов С. Чётки. М.: АСТ, 2001.
Фадюхин С. Бог всемогущий благословил меня. Братский вестник, №5’ 1982.
Федотов Г. Святые Древней Руси. М.: Мос­ковский рабочий, 1990.
Храпов Н.П. (Сост.). Дом Божий и служение в нём. (СЦ ЕХБ, 1972-1974), <http:// www.blagovestnik.org/books/00280.htm>
Христианство. Энциклопедический словарь. Ред. С. Аверинцев. В 3-х тт. М.: Большая Российская энциклопедия, 1995.
Чернопятов М., Васильев А. Православная церковь. Братский вестник, №3’ 1988.
Шкаровский М. Русская Православная Цер­ковь при Сталине и Хрущеве. М.: Кру­тицкое Патриаршее подворье, 1999.
Эриксон М. Христианское богословие, СПб.: Библия для всех, 1999.
Юрков С. Под знаком гротеска: антиповеде­ние в русской культуре (XI – начало XX вв.). СПб.: Летний сад, 2003.
Bockmuehl, K., Sanctification, in: NewDictionary of Theology, ed. by S. Ferguson (Downers Grove, IL: InterVarsity Press, 1988).
Russell, N., The Doctrine of Deification in the Greek Patristic Tradition (N.Y.: Oxford  University Press, 2004).
Struve, N., Christians in Contemporary Russia (New York: Charles Scribner’s Sons, 1967).
Интервью автора:Абанкин П.М., г. Сакраменто, Калифорния, США, 2006.
Бгатов В.Я., г. Сан-Диего, Калифорния, США, 2006.
Бондаренко В.Д., г. Лос-Анджелес, Кали­форния, США, 2006.
Васильев М.А. и Авдеева О.Е., г. Эверетт, Вашингтон, США, 2006.
Здоровец Б.М., г. Спокан, Вашингтон, США, 2006.
Капленков И.М. и Капленков А.М., г. Петро­павловск, Казахстан, 1997.
Коваленко Л.Е., г. Сакраменто, Калифорния, США, 2006.
Кунда П.Ф., г. Сакраменто, Калифорния, США, 2006.
Литовченко В.П., г. Лос-Анджелес, Кали­форния, США, 2006.
Мажная Н.Ф., г. Фресно, Калифорния, США, 2006.
Мелешкевич Я.А., г. Бишкуль, Казахстан, 2003.
Одарюк С.Г. и Одарюк Н.М., г. Эверетт, Вашингтон, США, 2006.
Хотько В.Н., г. Петропавловск, Казахстан, 2000.